Юрий Лямин /Международное обозрение: Восток+Запад
В адрес Ирана нередко раздаются обвинения в том, что эта страна провоцирует гонку вооружений на Ближнем и Среднем Востоке. А в многочисленных опросах жителей стран Европы и США Иран регулярно помещается в список стран представляющих одну из наибольших угроз стабильности и безопасности.
Но так ли это на самом деле? Ведь если обратиться к фактам и внимательно посмотреть уровень милитаризации стран этого региона, то ситуация начинает выглядеть в совершенно другом свете.
Военные расходы и гонка вооружений
Если посмотреть на цифры оборонных бюджетов стран Ближнего Востока, то можно увидеть что оборонные расходы Ирана значительно меньше расходов других крупных стран региона, как по абсолютным цифрам, так и относительно размеров валового внутреннего продукта (ВВП) страны. Согласно закону о государственном бюджете Ирана на прошедший 1388 иранский год (21 марта 2009 г.-21 марта 2010 г.) общие расходы на оборону, безопасность и охрану правопорядка составляли около 14,9 миллиардов долларов в США. Из этой суммы расходы на непосредственно Министерство обороны, армию, Корпус Стражей Исламской Революции (КСИР) и Генеральный Штаб составляли около 11.8 миллиардов долларов, что соответствует примерно 3,2% от ВВП Ирана в 1388 иранском году. И в предыдущие годы, несмотря на все внешние угрозы, иранские военные расходы колебались в районе 2-4% ВВП, что примерно соответствует среднемировым показателям и значительно меньше уровня подобных расходов во многих соседних странах, где он обычно равен от 6 до 12% ВВП. При этом надо учитывать тот факт, что КСИР занимается не только вопросами обороны, но и безопасности и правопорядка и соответственно часть их расходов идет на эти нужды.
Да и в абсолютных цифрах Иран выделяет на оборону меньше, чем выделяют на нее, например их основные соперники в регионе - Саудовская Аравия, Израиль и даже Объединенные Арабские Эмираты. Саудовская Аравия сейчас входит в десятку стран, имеющих самые большие военные расходы в мире, по данным Стокгольмского института исследования проблем мира они все последние годы тратят на оборону и безопасность от 8 до 10% ВВП, таким образом, размер этих расходов приближается к 40 миллиардам долларов. Израиль согласно этим же данным тратит на военные нужды около 14 миллиардов долларов или до 7% ВВП, то есть тоже значительно больше среднемирового уровня. Оборонный бюджет ОАЭ также очень высок для такой страны и равен 13 миллиардам долларов, то есть почти 6% ВВП этого государства.
Цифры военных расходов напрямую отражаются и на объемах закупок вооружений странами. Все последние годы объемы и стоимость закупок Ираном вооружений, как за границей, так и собственного производства были несравнимы с объемами закупок вооружений такими странами, как Израиль, Саудовская Аравия, ОАЭ и т.д.
Большая часть иранских ВВС до сих пор укомплектована самолетами и вертолетами, купленными при шахе в США или у Китая и России в конце 1980-х - начале 1990-х, значительная часть самолетов осталась и от иракских перебежчиков в 1991 году. Похожая ситуация и с сухопутными войсками и флотом, где часть тяжелых вооружений и кораблей остается со времен масштабных покупок оружия до революции 1979 года, часть была приобретена у Китая, России, КНДР в 1980-е - 1990-е годы, а остальные произведены иранской военной промышленностью. В последнее десятилетие Иран практически не вел крупномасштабных закупок вооружений, занимаясь в основном модернизацией имеющихся и вкладывая средства в развитие технологий и потенциала собственной военной промышленности в разных отраслях от авиастроения до кораблестроения.
В это же время американские союзники в регионе производили и производят масштабные закупки новых систем вооружений. Например, одни только небольшие Объединенные Арабские Эмираты, уже получили в общей сложности более сотни американских истребителей F-16 и французских Mirage 2000-9 Block 60, около четырехсот французских танков Leclerc, заключили контракты на поставки зенитно-ракетных комплексов Patriot PAC-3 и т.д.
И сейчас, в то время как на Иран были наложены новые международные санкции, запрещающие продажу ему танков, боевых самолетов и вертолетов, тяжелой артиллерии и ряда других видов вооружений, остальные страны региона стремятся приобрести все больше оружия. Например, Израиль и Саудовская Аравия, и так имеющие самые большие и современные ВВС в регионе, ведут переговоры с США о покупке новых самолетов. Израиль хочет получить истребители нового поколения F-35, а Саудовская Аравия глубоко модернизированную версию F-15 Silent Eagle и это при том, что недавно королевство купило также и 72 европейских истребителей Eurofighter Typhoon.
Нельзя забывать и про собственно Соединенные Штаты Америки, для которых этот регион является, пожалуй, основной точкой приложения усилий и они ведут там две войны, держа значительную часть американской армии и флота там или около него. И военных бюджет США все последние годы быстро рос, превысив в прошлом году 600 млрд. долларов, что больше военных бюджетов всех остальных стран мира.
Как можно видеть, исходя из военных бюджетов и масштабов перевооружения армий, можно скорее говорить о том, что другие страны провоцируют Иран на гонку вооружений, чем Иран кого-либо.
Развитие ракетных программ
Развитие Ираном ракетных технологий, как гражданских, так и военных тоже не может служить причиной претензий в отношении него. Современные иранские ракеты средней дальности Shahab-3 и Sejil-2 имеют радиус действия до 2000 км и на фоне гигантских военных расходов его соседей они скорее добавляют стабильности и безопасности в регионе. С помощью ракет Иран частично компенсирует недостаточное количество современной военной техники и особенно боевых самолетов, тем самым гарантируя возможность нанесения Ираном ответного удара по возможным агрессорам.
Нельзя забывать и тот факт, что иранская военная ракетная программа была далеко не первой на Ближнем и Среднем Востоке и Тегеран нельзя обвинить в том, что они провоцировали гонку ракетных вооружений. Иран стал активно приобретать первые оперативно-тактические ракеты из Ливии, КНР и КНДР, только во время ирано-иракской войны 1980-88гг, после того как начал подвергаться многочисленным ракетным обстрелам со стороны Ирака. Вскоре после окончания войны Ирану с помощью КНР и КНДР удалось наладить собственное производство оперативно-тактических ракет, но полноценная ракетная промышленность способная выпускать баллистические ракеты малой и средней дальности была создана только в 1990-е годы.
В отличие от Ирана Ирак начал войну уже обладая ракетными силами, которые он начал создавать с конца 1960-х - начала 1970-х гг., сначала закупая у СССР оперативно-тактические ракетные комплексы 9К72 с ракетами Р-17 (SCUD-B по классификации НАТО). Но так как большая часть иранской территории, вместе со столицей в Тегеране находилась вне радиуса действий этих ракет, Ирак с помощью иностранных специалистов разработал на основе Р-17 и начал производство баллистических ракет Al-Hussein с дальностью до 650 км. Велась и дальнейшая разработка ракет большей дальности, хотя увеличение дальности давалось за счет ухудшения точности и уменьшения веса боевой части ракет.
Раньше Ирана стартовали ракетные программы не только у Ирака, но и у других стран региона. Израильская ракетная программа началась одной из самых первых, когда в 1960-е годы по израильскому заказу во Франции компанией Dassault была создана баллистическая ракета малой дальности Jericho I (MD 620) с дальностью до 500 км и начались ее испытания. После введения Францией в 1969 году эмбарго на продажу оружия Израилю французская сторона прекратила дальнейшие испытания этих ракет. Но Израиль в рамках контракта успел получить те ракеты, что были произведены к этому времени, необходимые технологии и т.п., что позволило им в 1970-х все-таки довести испытания до конца, наладить производство и принять эти ракеты на вооружение. Так было создано израильское ракетостроение, затем создавшее ракеты средней дальности Jericho II дальностью в 1500 км. А сейчас считается, что Израиль разработал и ракеты Jericho III с радиусом действия до 4800 км.
Пакистан активно начал заниматься ракетным вооружением в 1980-х гг., что позволило ему к началу 1990-х развернуть собственные оперативно-тактические ракеты Hatf и купленные в Китае M-11. Дальнейшее активное развитие их ракетной программы привело к созданию серьезных ракетных сил, имеющих на вооружении оперативно-тактические ракеты Abdali и Ghaznavi, ракеты малой и средней дальности Ghauri и Shaheen-I и II с дальностью до 1500-2500 км.
Одной из самых ранних на Ближнем Востоке была запущена египетская ракетная программа. Разработки в 1960-х начались с помощью западногерманских специалистов, но сотрудничество в этой сфере было свернуто до того как были созданы ракеты. Из-за этого Египту пришлось пойти по пути Ирака и закупить в начале 1970-х у СССР комплексы 9К72 с ракетами Р-17. Считается, что Египту с помощью КНДР впоследствии удалось наладить самостоятельный выпуск модифицированных версий этих ракет с большей дальностью. А уже в начале 2000-х годов появлялась информация о покупке Египтом ракет средней дальность Nodong у КНДР.
Таким образом, сейчас кроме Ирана ракетами малой и средней дальности на Ближнем и Среднем Востоке обладают не так уж мало стран. Помимо Израиля, Пакистана и Египта, которые были упомянуты выше, есть такие ракеты также у Саудовской Аравии и Сирии. Например, Саудовская Аравия по некоторым данным еще во второй половине 1980-х годов приобрела несколько десятков китайских ракет средней дальности CSS-2 (DF-3) дальностью до 2500 км. Тем самым Эр-Рияд на тот момент времени сразу получил самые мощные ракеты в регионе, которые могли поразить Тегеран и другие крупные иранские города. При всех данных обстоятельствах развитие и наличие подобных ракетных систем у Ирана никак не могут нарушить баланс сил в регионе.
Ядерная программа
Конечно, наибольшее количество обвинений и претензий в адрес Тегерана идет по поводу иранской ядерной программы. Однако, обвиняя Иран и вводя против него все новые санкции, в США и Европе одновременно фактически закрывают глаза на ядерные программы других стран Ближнего и Среднего Востока.
Иран подписал Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО) и выполняет его положения, его ядерные объекты и расщепляющиеся материалы находятся под пристальным наблюдением инспекторов Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Доказательств того, что иранская ядерная программа имеет военную составляющую до сих пор так и не найдено. В результате Тегеран обвиняется в недостаточной прозрачности его ядерной программы и наказывается за одни только подозрения в том, что он, возможно, хочет создать ядерное оружие.
В это же время две другие страны региона - Израиль и Пакистан уже в течение нескольких десятилетий ведут неподконтрольные МАГАТЭ военные ядерные программы, отказываются присоединяться к ДНЯО и давно создали как само ядерное оружие, так и средства его доставки. Несмотря на это Израиль и Пакистан не только не подпадают под международные санкции, но и получают военную помощь от Вашингтона. И именно такие двойные стандарты негативно отражаются на режиме нераспространения и мешают реализации идеи о безъядерном Ближнем Востоке.